Бои за освобождение Житомира

08

Июль 2014

Бои за освобождение Житомира

; Коментировать

В этом месяце исполняется 65 лет со дня освобождения замечательного украинского города Житомира, и мало осталось людей, кто был участником или свидетелем грандиозных и драматических событий Второй Мировой войны.

Для большинства из нас представление об освободителях связано в памяти с картинками военной хроники, когда нет деталей и нет лиц, которые помогли бы прочувствовать, каково это было – воевать на фронте, и испытать чувство соучастия в их великих деяниях.

Но чудо все-таки случается, у нас сегодня есть возможность увидеть эти события в деталях и лицах, потому что у нас есть магический кристалл – подлинные военные документы – история 8-го гв.кавполка, который в составе 2-й гв.кав дивизии освобождал город. Многих из участников событий я знала лично. Командиром дивизии был легендарный человек, Хаджи-Умар Мамсуров. Командиром 8-го гв.полка в ходе описываемых боев стал мой отец, тогда майор А.Л. Зозуля (на фото).

Все события укладываются в 10 дней – с 11 по 21 ноября 1943 года и происходят в на очень небольшом участке прекрасной земли Украины. Я намеренно очень подробно называю села, хутора и местечки.

Мне хотелось таким образом поздравить житомирян с Великим днем освобождения от фашистов и напомнить, какой ценой это досталось.

В своем рассказе я много цитирую историю полка – где в тексте кавычки, там и цитата. 
Одно небольшое усилие – и вот мы уже находимся с вами в расположении полка, когда он готовится вступить в бой за освобождение Житомира.

Наступление на город стало возможным после того, как в результате очень упорных боев был освобожден от немцев город Коростышев. Вот как выглядел один день боев за этот маленький районный городок.

Бой за Коростышев начался в 01.30 11 ноября 43 года. Наступление велось так: три эскадрона в линию, один уступом слева. Немцы вели отчаянный огонь из всех видов оружия, но полк сумел ворваться на восточную окраину и там закрепиться. Численность немецкого гарнизона намного превосходила силы атакующих, но уже в 7.00 11.11.43 года над Коростышевом были подняты красные флаги.

Немецкие контратаки продолжались весь день. К вечеру дрогнул и отошел 7-ой гв.кавполк. Чтобы помочь ему, к нему перешли 76-мм орудия, и в течение нескольких часов удалось овладеть винзаводом и закрепиться на его территории.

А вот и действующие лица. История полка пишет про них просто – отличились.

Кто же эти люди?

Командир взвода гв. рядовой Юцевич действовал на фланге. Когда на них пошли немцы в количестве полусотни, он «первым поднялся в атаку и поднял свой взвод. Немцы, как и всегда, штыковой атаки не выдержали и начали бежать. Тогда взвод Юцевича усилил движение и первым ворвался в город.

Гвардии рядовой 1-го эскадрона Головкин, будучи автоматчиком, в момент штыковой атаки быстро выскочил на фланг бежавших немцев и стал расстреливать их из автомата.»

Восторг автора вызвал гв. рядовой Савин. В этих боях он упоминается постоянно. Следует сказать, что осенью 1943 года рядовому Пете Савину было всего 18 лет и он делал невероятные даже для взрослого человека вещи. Я хорошо его знала. Он был чистокровный лакец, но крещеный, поэтому с русским именем. Рост имел приблизительно 165 см и весил вместе с сапогами и шинелью килограмм 50. В ходе этих тяжелых боев мальчик-тинейджер (по американским меркам) принял на себя командование эскадроном (батальоном по пехотному регламенту) и блестяще справился с задачей. Папа считал его совершенно выдающимся по уму, воле и храбрости человеком и приложил все усилия, чтобы он не погиб.

Вот как описан он в этом бою:

«Гварии рядовой Савин заметил дзот. Огня из этого дзота немцы не вели, но Савин разгадал замысел врага и говорит – это немцы готовят нам ловушку. Взяв гранаты, он как охотник отправился за добычей. Не успел он доползти до дзота, как противник открыл огонь из двух пулеметов. Тогда Савин пошел на хитрость. Сам себе он сковандовал: эскадрон, в атаку, на дзот – УРА!

Хотя там эскадрона и не было, фрицы, перепуганные, пытались бежать. Тогда Савин герой поднялся, подбежал, одной гранатой уничтожил два расчета немцев, а второй противотанковой гранатой уничтожил два крупнокалиберных пулемета.»

«Парторг батареи старшина Чумак подбил бронемашину, две автомашины и уничтожил 16 немцев.»

«Командир батареи 76 мм орудий ст.лейтенант Соловьев выкатил орудия на прямую наводку и в упор расстреливал огневые точки противника.»

Ясно, что на прямой наводке долго целым не продержишься, и он получил тяжелое ранение, «но не ушел от орудий, пока не уничтожил три боевые точки, мешавшие продвижению подразделений.»

Связь между двумя батальонами обеспечивал гв.сержант Быков, и несмотря на постоянные маневры подразделений, проводная связь была устойчивой. По ним непрерывно работали артиллерия и авиация. Как же гв.сержант Быков добился того, что связь не прерывалась больше чем на 5 минут? О, это совсем просто. Для этого он сам и линейные надсмотрщики постоянно работали «на линии», то есть непрерывно следили за состоянием проводов и немедленно выползали на поле устранять повреждения, не обращая внимания на постоянный обстрел.

Если бы мне пришлось пережить то, что я почти дословно списала с истории полка, я бы нуждалась в психологической реабилитации в течение многих лет. И не только я одна.

У меня был родственник, который в 1956 году, будучи рядовым срочной службы, участвовал в боях в Будапеште в связи с Венгерскими событиями. Нескольких дней ему заглаза хватило на всю оставшуюся жизнь. И попробовал бы кто не поздравить его с 23-м февраля.

А полк на следующее утро получил приказ двигаться вперед.

Маршрут движения на Житомир был следующий: Коростышев, Бельковцы, Забродье, Базинка. Бои за каждый из этих населенных пунктов носили невероятно ожесточенный характер. Например, в ходе боев за Лозовку немцы «подбросили» 40 автомашин пехоты с танками и артиллерией и еще поддерживали своих с воздуха постоянными авиаударами. Надо сказать со слов отца, что первые два года превосходство фашистов в воздухе было абсолютным, а ничего страшнее бомбежки на войне не было.

Все промежуточные пункты были пройдены в течение суток.

Немцы так отчаянно защищали Житомир, потому что он являлся центром снабжения всей группировки войск вермахта на Украине. Войсковые запасы боеприпасов, еды и обмундирования защищал большой хорошо вооруженный гарнизон, который насчитывал более 2000 солдат, не считая интендантов и другую обслугу.

Кроме того, гарнизон пополнился военнослужащими соединений, разбитых под Киевом. Однако их присутствие в городе сыграло отчасти на руку атакующим. Осеннее наступление наших войск было настолько стремительным, что немцы были деморализованы и заразили своим страхом житомирский немецкий гарнизон.

Усилить панические настроения помог счастливый случай. Когда первые отряды конников стали втягиваться в город, за ними на карьере понеслись штабные подразделения и большой полковой обоз, находившийся на шоссе Киев-Житомир. Случилось так, что в окрестностях города паслось много лошадей, брошенных немцами при отступлении. Когда мимо них полетели армейские повозки, эти табуны, повинуясь инстинкту, присоединились к нападавшим и на большой скорости стали втягиваться в город, подняв бешеную пыль и усиливая сумятицу среди оборонявшихся немцев. Город превратился в иллюстрацию к Армагеддону –всюду клубы пыли, беспорядочная стрельба, непонятное число нападающих, потому что лошадей было очень много, и их метания усиливали ощущение беспорядка м бесчисленности нападающих. Началась паника.

Жители Житомира рассказывали, что среди немцев были такие, которые бежали в одних трусах. Но это что. Некоторые спасались бегством в длинных ночных сорочках! Обжились, понимаете ли, расположились!

К вечеру 12 ноября город был освобожден.

За успешные боевые действия 430 человек было представлено к наградам. Кроме того, полк и его командир были отмечены благодарностью в приказе Сталина.

Объем взятых трофеев не поддавался исчислению. Захваченные боеприпасы, военная техника, обмундирование и продовольствие вывозились эшелонами.

Немцы не могли смириться с потерей города и немедленно развязали бои за его возвращение под свой контроль.

Началась оборона Житомира. Город был полностью окружен. Немцев было во много раз больше. Контратаки следовали одна за другой. О том, какую цену заплатил полк за славный город Житомир, говорит одна цифра. Как уже было сказано, за взятие города к наградам представили 430 человек. А когда полк оставил город, он имел 85 активных сабель и ни одного орудия и станкового пулемета.

Были убиты почти все командиры эскадронов. Командование приняли на себя сержанты и рядовые.

Вот перед нами рядовой Емельянов, которыйоказался во главе 3-го эскадрона. Сначала немцы долго их обстреливали их всех видов орудий, а потом пошли в наступление. Им навстречу поднялась группа солдат, оставшихся в живых, и пошла в контратаку. Они остановили немцев на своем участке, оставив на поле боя 30 фашистов, заколотых штыком, и 20 убитых огнем из автоматов.

В 00.30 15.11.43 года полк занял оборону по линии: угол леса севернее села Альбинивка, река Тетерев, Корбутивка, имея задачу не пропустить противника по большаку из Дерманки на Альбинивку.

Я специально так подробно цитирую военные документы, чтобы жители этих благословенных по красоте и изобилию мест, выезжавщие на пикники и дачи в эти деревни, хоть иногда, хоть раз в году вспоминали тех, кто им вернул все то, чем они сегодня располагают- жизнь, свободу, землю, благополучие

Например, из леса севернее Альбинивки в 12.00 выдвинулись 12 танков и рота немецкой пехоты. В 13.00 по ним ударил 1-й эскадрон и вынудил отойти, оставив на поле 4 танка, 13 автомашин и гору трупов.

В 14.00 перед полком оказалось уже 20 танков и до 1000 человек пехоты. Не имея противотанковой артиллерии, полк лощиной отошел к хутору Якима.

С 15.00 до 18.00 противник пять раз бросался в атаку. Для их отражения были брошены все: штабные подразделения, саперный взвод, взвод химзащиты и взвод охраны штаба полка. Потеряв за три часа 9 танков и 230 человек убитыми, противник, как сдержанно пишет полковой писарь, «активности больше не проявлял».

В 6.00 19.11. 43 года полк выполнил задачу и получил наконец приказ выступить в направлении Крошня Чешская и соединиться с частями советской армии, действовавшими восточнее Житомира. О том, как нашелся выход из кольца, я напишу чуть позже. Но при выходе из Житомира полк подвергся артиллерийско-минометному обстрелу и действию танков, которые вели огонь с коротких дистанций. Найденная щель в немецкой обороне оказалась очень узкой. В какой-то момент возникла паника.

К сожалению, командир полка оказался не на высоте. Еще в Житомире у него начался запой. Чтобы остановить полк, он начал стрелять из пистолета по бежавшим солдатам. Все кончилось, когда один из них, смертельно раненый, упал навзничь на капот стоявшей подбитой машины, шинель распахнулась, и на гимнастерке блеснула Звезда Героя Советского Союза. Все замерли. Полностью утративший волю командир дал себя увести, чтобы продолжить пить, а полк изменил маршрут и стал пробиваться через хутор Сохатский и вышел на хутор Свитин.

Надо было преодолеть железнодорожную насыпь, которая возвышалась на 5 метров и вся простреливалась. Инициативу взял на себя рядовой Емельяненко, ездовой радиотачанки. Он поднял свою четверку в галоп, первым проскочил насыпь и ворвался в ряды немцев. Следом поднял остатки своего эскадрона Петя Савин

Я подумала, что все равно не скажу лучше, чем полковая летопись. Поэтому цитирую дословно:.

«Это была не атака, а что-то чудное. Немцев было в 10 раз больше перед фронтом эскадрона, кроме того противник вел со всех видов оружия фланговый огонь, но когда малая горстка храбрецов набросилась и начала действовать штыком, нервы немцев не выдержали. Они бежали, оставив на поле боя 90 трупов».

А вот итог.

«Полк задание выполнил, вышел в район Городище, где и сосредоточился.

В 15.00 19.11.43 г. Согласно распоряжения командира 2-й гв.ККД, полк сосредоточился в Забродье, где и занял оборону». 

А вот как описывает события этих же дней мой отец.

«Утром 18 ноября меня вызвал п-к Радзиевский (после войны какое-то время он командовал Одесским военным округом). Штаб корпуса стоял в д. Городище. Он приказал отправиться в Житомир с задачей побывать в 26-м стрелковом и 8-м кавполку (КП) у Кугришева и Шубина (командиры полков), чтобы они закрыли образовавшуюся между их полками брешь, в которую просочился противник.

К исходу дня я заехал в штаб 2-й дивизии, который стоял в Крошне Чешской. Командир 2-й дивизии Мамсуров предложил мне остаться при штабе дивизии, поскольку Житомир окружен и они ждут распоряжения на выход ночью из окружения. Некоторые офицеры, посланные в штаб корпуса, вернулись и тоже доложили, что выходы из Житомира перекрыты.

Я сказал Мамсурову, что мне необходимо доложить о выполнении приказания, и отправился в путь. Ехал на пикапе. Со мной был майор Воробейчик.

Из Прошки я оправился на Голиевку, но не доехал 2 км до села. Было видно, что в Голиевке противник, и село горит. Пришлось повернуть обратно. Между Прошкой и Голиевкой я повернул на переезд и взял направление на тюрьму и вокзал, но и там уже был противник.

Тогда я повернул на д. Вересы. Стало темнеть. Кругом шла стрельба – бой шел в районе вокзала и Голиевки, и я свободно проскочил на Вересы и дальше на с. Городище.

О своем прибытии я доложил начальнику штаба Радзиевскому. Вместе с ним мы отправились на узел связи. Нач.штаба тов. Радзиевский доложил в штаб фронта, что есть брешь, куда можно направить части корпуса. Разрешение на выход корпуса было получено, и в эту же ночь дивизия вышла из Житомира.

21 ноября я был вызван в штаб корпуса, и нач.штаба тов. Радзиевский вручил мне лично предписание о назначении к-ром 8КП. Уже в темноте я добрался до штаба 2 КД и представился нач.штаба дивизии п-ку Демидову.

Через 10 минут мы уже были у комдива (Мамсуров Хаджи-Умар). Около 2 часов длилась наша беседа. В заключение беседы к-р дивизии предложил мне остаться ночевать, а утром отправиться в полк, но я принял решение двинуться в путь немедленно. Через час после моего прибытия в полк было доложено о вступлении в должность. Полком командовал п-к Шубин, который был отстранен от занимаемой должности и отдан под суд за превышение власти при выходе из Житомира. Вывезли его из Житомира в «лежачем положении». В таком же состоянии он находился и во время моего появления в штабе полка. Вследствие этого прием проходил по бумагам – схема боевого порядка, наличие боевого и численного состава (напоминаю, что боевого состава в полку осталось 85 сабель. Л.В.), знакомство с офицерами штаба.»

В эту же ночь был получен приказ маршала Жукова:

«Любой ценой удерживать занимемые рубежи 2-3 дня. Вам идет серьезная помощь.»

Именно тогда на первом же совещании в штабе корпуса папе приказали дать отпор танкам, которые в количестве 20 единиц движутся на позиции полка. Это был момент его выбора. Он встал и сказал, что полк обязательно выполнит задачу, но для этого ему необходимы еще 5 человек. В зазвеневшей тишине командир спросил, почему именно 5.

Ну, потому, что в полку на этом направлении есть 15 бойцов. Желательно все-таки, чтобы было по одному на каждый танк.Тишина длилась довольно долго. Затем командир распорядился усилить полк артиллерией и самоходками.

Особый драматизм произошедшей беседы заключался в том, что отец прошел под Харьковом окружение, плен, побег, выход к нашим, наш лагерь и реабилитацию. То, что он посмел возразить командиру при первом же приказе , было актом неслыханного мужества.

Уже на следующий день в истории полка появились торжествующие строки:

«В это время полком стал командовать гв. майор Зозуля, который славился во всем корпусе как лучший командир, который с малыми силами всегда одерживал победы над врагом. Заслуженная слава о майоре Зозуле быстро разнеслась по всему полку. Через сутки весь личный состав знал, что полком командует такой офицер, который всегда одерживет победу».

Вот так соединились судьбы моего отца и 8-го гв.кавполка, чтобы остаться вместе навсегда, в горе и радости, в беде и Победе, до самых последних дней командира и его самого последнего солдата.

Было что-то глубоко символичное в том, что возвращение отца в действующую армию произошло именно на Житомирщине. Ведь он родился в селе Троковичи Черняховского района, после революции жил в Житомире на Хлебной улице и оттуда призывался в армию. Так замыкается круг.

В первый же свободный день отец поехал посмотреть, что осталось от его любимой деревни. В казачьей нарядной форме, на белой лошади, он был триумфатором в этот прекрасный момент своей жизни. Каково жи было потрясение, кода кое-кто из жителей его узнал. Особенное впечатление на папу произвело появление одного из их бывших соседей. Какой-то еврей просидел в подвале все чудовищные дни оккупации и вылез оттуда бувально за несколько часов до папиного появления. Он в рыданиях припал к стремени и только и мог повторять: «Авраменю, Авраменю».

От себя замечу, что для того, чтобы этот человек мог выжить в подвале 2 года, надо, чтобы соседи-украинцы, рискуя жизнью, его там кормили. Хорошо бы нам всем помнить о том, когда мы бываем людьми. 

А Житомир? Ну, что же Житомир. Он был освобожден вторично 31 декабря войсками 1-го Украинского фронта в ходе Житомирско-Бердичевской наступательной операции. 

3 ноября 2008 год. Лина Вороновицкая (Зозуля), специально для Журнала Житомира.






Командир 8-го гв. полка майор А. Л. Зозуля
 
http://zhzh.info/publ/27-1-0-740
Опубликовано в История

Оставить комментарий